На правах рекламы:

• По хорошей цене провайдер для всех клиентов.

«Неизменная любовь» — Злата

С Гатчиной, где поэт отдыхал вместе с матерью многие годы, связаны самые дорогие воспоминания. Лето 1906 года он провел на мызе «Ивановка», станция Пудость близ Гатчины. Впоследствии он отдыхал там по 1914 год (ср. «Восемь лет эту местность я знаю...»). Мызу он описывал в очерке «Фофанов на мызе "Ивановка"»:

«Имение кн. Дондуковой-Корсаковой живописно: малахито-прозрачная речка, знаменитая своими форелями; ветхая водяная мельница из дикого камня; кедрово-пихтовый парк с урнами и эстрадами; охотничий дворец Павла I с кариатидами и остатками стильной мебели; грациозно-неуклюжие диваны "Маркиз", погасшие бра и проч. Усадьба находится в 4-х верстах от Гатчины. В парке всего три дачи, часто пустующие. Я занимал зеленое шалэ на самом берегу Ижорки».

Летом 1905 года в Гатчине поэт знакомится с Евгенией Гуцан, которую назовет Златой в посвященной ей одноименной поэме. Ему было 18 лет. Среди множества Любовей Северянина Евгения Тимофеевна Гуцан (Гутцан; 1887(?)—1951) занимает особое место. Чувство к ней поэт пронесет через всю жизнь. В поэме «Падучая стремнина» он назовет ее своей «неизменной» любовью, которая обернется душевной драмой и вызовет к жизни множество бессмертных строк. Но тем летом еще ничто не предвещало драматической развязки этой встречи. Были любовь, страсть и вдохновение.

К моменту знакомства юного поэта со Златой ее мать умерла, а отец, работавший дворником, пропил состояние семьи, поэтому девушке пришлось работать в Петербурге швеей. Влюбленный Игорь продал самое дорогое, что у него было тогда, свою библиотеку, чтобы снять квартиру и жить с ней вместе.

Как пишет один из исследователей творчества Игоря Северянина: «...Однажды она пришла сказать, что уходит... уходит насовсем. Причину ухода объяснила очень просто: она ему не верна. Ушла, скрыв от него, что ожидает ребенка. Через некоторое время [5 декабря 1908 г.] у Златы родилась дочь Тамара».

Она ко мне пришла и говорила здесь,
Вот в этой комнате, у этого окна:
— Любимый! милый мой! убей меня! Повесь! —
Тебе я больше не верна...
. . . . . . . . . .
Уйди! Уйди скорей! — всё кончено! позор!
Пусть упадёт теперь на голову твою!..
И вот она ушла, потупив грустно взор,
Сказав в последний раз: люблю.

Северянин через короткое время узнает правду: его мать, дворянка по происхождению, не смогла допустить любви своего сына к простой швее. Зная, что переубедить сына она не сможет, убедила Злату в том, что она своей связью с ее сыном испортит ему дальнейшую жизнь. Гордая Злата, оклеветав себя перед любимым человеком, уходит.

Злата делает следующий шаг: становится подругой состоятельного человека не по любви, а чтобы отрезать пути назад.

Когда умер ее богатый покровитель, она осталась с двумя детьми. Чтобы устроить жизнь дочерей, вышла замуж за немца Менеке, проживавшего в России. Вскоре Менеке эмигрировали в Германию, позже Евгения перевезла туда своих детей. Любовь к поэту она пронесла через всю жизнь. Игорь Северянин адресовал своей возлюбленной поэму «Злата», шедевры своей любовной лирики «Очам твоей души», «Ты ко мне не вернёшься...», Сонет («Любви возврата нет...»; 1908), а также стихи «Спустя пять лет» (1910) и «Аккорд заключительный» в книге «Златолира», позже написал о своей «бессмертной» и «неизменной» любви автобиографический роман «Падучая стремнина».

В поэме «Злата», написанной 30—31 марта 1908 года и вышедшей отдельной брошюрой «Злата (Из дневника одного поэта)» (СПб.: Типография И. Флейтмана, 1908. 4 с., 100 экз.), поэт рисует ее портрет и рассказывает историю своей любви:

Блондинка... стройная... не девушка — мечта!
Фарфоровая куколка! мимоза!
Как говорит Ростан — Принцесса Грёза!

Но поэма «Злата» завершается смертью героини, есть и другие черты вымысла и расхождения с автобиографическими эпизодами в поэме «Падучая стремнина» и реальной биографией Евгении Гуцан.

Один из шедевров, адресованных Злате-Евгении — «Очам твоей души» (1909, июнь), под названием «Увертюра» откроет брошюру «Очам твоей души» и позже — книгу «Громокипящий кубок»:

Очам твоей души — молитвы и печали,
Моя болезнь, мой страх, плач совести моей;
И всё, что здесь в конце, и всё, что здесь в начале, —
Очам души твоей...

Очам души твоей — сиренью упоенье
И литургия — гимн жасминовым ночам;
Всё — всё, что дорого, что будит вдохновенье, —
Души твоей очам!

Твоей души очам — видений страшных клиры...
Казни меня! пытай! замучай! задуши! —
Но ты должна принять!.. И плач, и хохот лиры —
Очам твоей души!..

В августе 1909 года Северянин пишет стихотворение «Ты ко мне не вернёшься...», посвященное Злате:

Ты ко мне не вернёшься даже ради Тамары,
Ради нашей дочурки, крошки вроде крола:
У тебя теперь дачи, за обедом — омары,
Ты теперь под защитой вороного крыла...
Как цветок... Помнишь розы из кисейной бумаги?
О живых ни полслова у могильной плиты!
Ты ко мне не вернёшься: грёзы больше не маги, —
Я умру одиноким, понимаешь ли ты?

Александр Измайлов назвал эти стихи «прелестными, трогательными, личными... <...> похожими на плач большого ребенка...». Валерий Брюсов счел, что стихи «Злате» читаются «как подлинная трагедия».

Роман был коротким, но глубоким, и память о Злате Северянин пронес через многие годы.

Яндекс.Метрика Яндекс цитирования

Copyright © 2000—2018 Алексей Мясников
Публикация материалов со сноской на источник.